Алексей Магалиф, врач-психиатр с 30-летним стажем. Окончил Московский мединститут, ММСИ им. Семашко лечебный факультет, прошёл специализацию по психиатрии и психотерапии. В настоящее время – частнопрактикующий врач-психотерапевт; основные направления работы – психотерапия зависимостей (алкоголизм, игромания) и депрессивных состояний.

Светлана Любина: Алексей, большое спасибо, что нашел время для беседы. Я, как обычно, предвкушаю от нее огромное удовольствие.Имея педагогическое образование и большой стаж работы в этой области, я совершенно очарована возможностями, которые дает применение коучинга в обучении.
Слышал ли ты что-нибудь про коучинг? и как ты его себе представляешь?

Алексей Магалиф: Конечно, слышал. Правда произнести вслух термин коучинг непросто, он вызывает довольно ироничные ассоциации. С трудом выговаривая это слово, физиономия сворачивается на сторону и приобретает идиотское выражение, в общем, какой-то каучук. Может, именно в этом есть тайный смысл, эдакий фитнес для лицевой мускулатуры?

С. Л.: Мило, что ассоциации у тебя ироничные. Однако, ты определяешь одно иностранное слово через другое. Я знаю, что к фитнесу ты относишься положительно. Может про коучинг недостаточно только слышать или произносить, давай попробуем разобраться. Итак, коучинг и психотерапия суть помогающие специальности. В чем ты видишь свою помощь клиенту? Кто они, твои клиенты?

А. М.: Несколько слов о том, кто является моими «клиентами». Так как я врач-психиатр, психотерапевт, то у меня нет клиентов, а есть пациенты. Иногда я называю себя врачом-пограничником (от термина пограничная психиатрия), врачующим на грани нормы и патологии. В общем, работаю на грани фола.
В основном, я специализируюсь на человеческих страстях или маниях (патологических зависимостях). Невроз, кстати, также может превратиться в патологическую зависимость, когда пациент подсаживается на болезненные ощущения, гипертрофирует их в своём сознании и ведёт с ними постоянную борьбу, что определяет его смысл жизни. Поэтому так распространено сопротивление пациентов выздоровлению. Да и признаться себе, что годы страданий были потрачены на борьбу с ветряными мельницами очень непросто. Не говоря уже о том, что мнимая болезнь выполняет функцию социальной защиты, оправдывающая нереализованность человека и позволяющая ему успешно манипулировать своими жертвами, что характерно для ипохондрических состояний. Поэтому в психиатрии так много пациентов не спешащих расставаться со своими болезнями. К примеру, маниакальные пациенты страстно сопротивляются выздоровлению.
Тот же невротический механизм лежит и в основе алкоголизма, и табакокурения, когда пациент стереотипно повторяет одно и то же действие, дающее ему временное облегчение внутреннего напряжения, своеобразный ритуал. Это хорошо описано в неврозе под названием обсессивно-компульсивное расстройство.
Мне приходится немало рабочего времени тратить на то, чтобы доказать своим пациентам, что правило «дважды два четыре» распространяется и на них тоже, т.к. каждый маниакальный пациент (в том числе, с патологическими зависимостями) считает свой случай уникальным и не хочет соглашаться с медицинским «приговором». Большинство пациентов не хотят принципиально менять свой образ жизни и настроены лишь на передышку в своих действиях. И вообще, пациенты, страдающие патологическими зависимостями, довольно консервативны и не торопятся вносить изменения в свои нейронные связи.
Что касается основной помощи моим пациентам в амбулаторной практике, то это постепенная перестройка их сознания: отношения к себе, своему образу жизни, к прошлому, настоящему и будущему, корректировка мировоззрения, формирование продуктивного диалога с самими собой и окружающим миром.

С.Л.: Из того, что ты рассказал, я пытаюсь вычленить «похожести» и различия. Конечно же, к коучу приходят клиенты. Поддерживая англоязычную традицию, по которой первое значение слова «коуч» – тренер, некоторые называют своих клиентов «игроками». Основное отличие – они не имеют медицинских диагнозов, а если во время сессии у коуча зародилось подозрение, что его клиент не вполне психически сохранен, работа с ним тут же прекращается. И он становится твоим пациентом.
Основные коучинговые клиенты – это те люди, которые осознали необходимость перемен. Они приходят на встречу с конкретным запросом. Задача коуча в диалоге с клиентом выяснить истинность, то есть важность данного запроса для клиента. Важность запроса в ходе совместной работы становится дополнительным мотиватором, благодаря которому и удается решить выявленную проблему.
Что ты считаешь хорошим результатом своей работы?

А.М.:Результатом моей профессиональной деятельности является помощь моим пациентам в восстановлении самоконтроля, т.е. управления своим поведением и своими эмоциями. Ведь то, с чем они ко мне обращаются, это как раз потеря контроля над своими действиями и психическими реакциями.
Конечно, добиться глубокого результата можно только среди единомышленников, именно по этой причине большинство моих пациентов люди, ведущие активный образ жизни, стремящиеся к переменам в жизни и внутренней свободе.

С.Л.: Наши клиенты могут контролировать и свое поведение, и свои эмоции. Они больше похожи на заблудившихся в лесу людей. Они вполне способны самостоятельно выйти из леса, донести полные корзины грибов, им просто надо сориентироваться. Коуч в данном случае выступает в роли компаса, а не МЧС.
Когда к тебе приходить бесполезно?

А.М.: Отсутствие критического отношения пациента к своим действиям является противопоказанием к амбулаторной терапии.

С.Л.: Тут мы с тобой солидарны. Если человек уверен, что у него все хорошо, то есть отсутствует запрос, то он не наш клиент
Есть ли разграничения зон ответственности – твоя и клиента?

А.М.: Безусловно, есть. Я лишь рекомендую и советую, а уже пациент окончательно решает, принимать мою помощь или нет. В этом я вижу необходимое условие воспитания в пациенте ответственности за результат и формирования опоры внутри себя, а не вовне.

С.Л.: Коуч не рекомендует и не советует, он с самого начала предупреждает клиента, что «сформулированный запрос» – уже и есть зона ответственности клиента и его цель. Коуч помогает клиенту нащупать путь к этой цели, а идти туда или нет решает сам клиент
Если ли у тебя для клиента “волшебная таблетка” – принял и проблемы как не бывало?

А.М.: Конечно, есть. И не одна. Многие пациенты настроены на такой вариант помощи. Часто психологические проблемы являются следствием слабой нервной системы, и стоит её, как следует укрепить, как вся психологизация сложностей в жизни отпадает сама по себе. Особенно это характерно при депрессиях. Часто я говорю пациентам, давайте начнём с восстановления вашей нервной системы, а по мере её укрепления посмотрим, что останется в сухом остатке. Вот тогда и приступим к решению реальных психологических проблем, но с подготовленной к этому психикой. Ведь мыслить рационально с «воспалённой» нервной системой довольно затруднительно.

С.Л.: У тебя есть таблетки, у коуча ни одной, даже волшебной. Я уже говорила, что мы не вторгаемся в зону ответственности дипломированных медиков. Мы с самой первой встречи говорим о личностной работе самого клиента. Если запрос простой, для его выполнения потребуется непродолжительное время. Коуч может выступать как помощник в перерыве между встречами, поддерживать клиента всеми оговоренными заранее способами. Некоторых клиентов надо хвалить, для других важен регулярный отчет коучу о выполнении конкретных действий. Мы не даем обещаний, которые не можем выполнить и требуем такого же поведения от клиентов. Как и ты, мы развиваем у клиента ответственность за свое поведение .
Есть ли способ измерить эффективность твоей работы? Почему надо приходить именно к тебе?

А.М.: Эффективность моей работы можно измерить длиной сарафанного радио или кругами народной молвы. Ко мне можно прийти, но совсем не нужно,  ведь всё сотрудничество со мной строится на добровольной и доверительной основе.

С.Л.: Сарафанное радио и народная молва – лучшая реклама и для коуча. Помимо решения конкретной задачи клиентом, мы меряем эффективность своей работы степенью установленного доверия. Без этого невозможна никакая работа, тем более эффективная
Психотерапия – модное времяпрепровождение богатых людей?

А.М.: Ко мне обращаются те, кто ценит своё время и привык зарабатывать деньги, а соответственно осмысленно тратить и то, и другое. Да и моя манера общения не предполагает растекания по древу с валянием на кушетках.

С.Л.: Коучинг придумали в бизнесе и для бизнеса, когда некогда ждать вызревание конкретного навыка, неуместно читать лекции и постоянно контролировать человека, особенно, если это руководитель высокого ранга. Выяснилось, что при помощи глубоких вопросов, основанных на понимании ситуации, можно помочь человеку осознать свое поведение, отношение с другими людьми и измениться.
К нам приходят люди, когда просто посиделок на кухне не достаточно. Назрела необходимость что-то делать, возможно, меняться самому. Делать это в одиночестве страшно, вот тогда на помощь приходит коуч, чтобы экологично и планомерно помочь человеку достичь поставленной цели.